Недавно Предстоятель Русской Церкви выступал в Совете Федерации и, обратившись к животрепещущим проблемам, говорил о них эмоционально, с яркими примерами. А перед этим в интервью Российскому телевидению поделился необычными личными воспоминаниями. Вот некоторые из этих высказываний.
Наша национальная беда
В Совете Федерации Патриарх обратил внимание собравшихся на мат, который нас окружает:
— Было бы хорошо, если бы наши законодатели озаботились темой вообще запрета использования матерного языка в общественном пространстве. Брякнул что-нибудь такое — штраф. Ещё брякнул — и как было в советское время: 15 суток. Ни много, ни мало, но посидел и немножко отрезвел. Я не призываю вас к тому, чтобы сажать на 15 суток, но призываю, чтобы законодатели озаботились, я бы сказал, судьбоносной темой… Святая Русь оскверняет себя этой матерщиной… Матерные слова оскорбляют священное понятие матери… Начинает кто-то в вашем присутствии материться — надо сказать: «Слушай, ты духовно нездоров. Ты либо к батюшке пойди, либо к психиатру. Почему ты употребляешь эти слова? У тебя настолько ограниченный лексикон, что ты свои мысли выразить не можешь?». Это наша национальная беда.
Аборт — сознательное убийство
Здесь же Патриарх называл страшным грехом аборт:
— А грех — это преступление. Любой убийца скажет: почему в одном случае можно, а в другом — нельзя? Если мы рассматриваем аборт как сознательное убийство человека — младенца, который должен был вырасти, стать взрослым, испытать всё то, что Бог ему предназначил испытать, — то и возникает вопрос: почему в одних случаях за убийство назначается длительный срок заключения, а в другом случае общество говорит: это вполне возможно. Нет, невозможно! Невозможно!
Патриарх Кирилл призвал отказаться от проведения абортов замужним женщинам без согласия супруга:
— Считаю, что правильно было бы, чтобы осуществление аборта стало невозможным по решению только матери, без согласия отца ребёнка, в случае, конечно, зарегистрированного брака. Женщина может быть в состоянии аффекта, психика женщин более подвижна, они более эмоционально уязвимы. И поэтому важно присутствие рядом мужа, который может вовремя сказать: нет, слушай, вытянем, деньги-то заработаем, не надо, что ты!
Как отдавал отцовский долг
В телевизионном интервью Патриарх Кирилл вспомнил непростую историю из своей жизни:
— Я жил в семье священника, у нас была очень дружная семья: мама, папа, трое детей. Отец прошёл через тюрьмы и лагеря — только потому, что был верующим человеком. Жили очень бедно, в то время, в 50-е годы, священников облагали непомерными налогами. На моего отца был возложен налог в 120 тысяч рублей! Для того чтобы понять, что означает эта цифра: тогдашний автомобиль «Победа» среднего класса стоил 16 тысяч. Это значит, целый гараж автомобилей! А если бы он не выплатил эту сумму, его бы посадили в тюрьму. Денег не было, но у отца был широкий круг знакомств среди интеллигенции — научной, медицинской. Среди них были люди состоятельные, даже лауреаты каких-то премий, и папа попросил их о помощи, чтобы они дали денег в долг. И, представьте себе, собрал — он заплатил налог и не пошёл в тюрьму. Но это привело к тому, что за эти налоги пришлось расплачиваться уже мне, потому что за свою жизнь отец не смог собрать этой суммы. А я сумел только тогда, когда меня направили в Женеву работать в качестве представителя нашей Церкви при международных организациях. Там была зарплата в валюте, я её конвертировал в наши рубли, и очень скоро мы расплатились с этими долгами. Но всё моё детство было в бедности, и я благодарю за это Бога, потому что пройти искушение бедностью — это тоже очень важный, я считаю, урок.
